|
|
Приехав в Агдидду, я тут же пустился в поиск яблонь.
Три дня я искал и три ночи, и ничего не мог найти; и когда утром четвертого дня я спросил у случайного прохожего где они есть, то оказалось, что человек этот никакого представления не имеет, какой предмет яблоня собой представляет.
Я пригласил его в оказавшееся рядом кафе, и, угощая его вином, а себя эспрессо, я в течение долгих часов старался объяснить ему, что я, вместе со всеми теми, кто их знает, подразумеваем под яблонями.
Когда поздно вечером мы разошлись, мои руки тряслись от эспрессо, а его ноги двигались неуверенно от вина; и все еще не знал он, что такое яблоня. Да к тому же вдруг и я засомневался, знаю ли я, что такое яблоня, или не знаю?
В общем-то, если честно и трезво судить – я тоже не знаю.
И я решил прекратить поиск.
